Для объективной оценки цирковых работ балетмейстеров необходимо помнить об их творческом кредо. Для А. А. Горского, главного — первого, как тогда именовали, — балетмейстера Большого театра, старейшего реформатора балетной школы, основной задачей оставалась забота о создании повествовательного образа. Отличительное свойство произведений Горского — их монументальность, — итожили исследователи. — Его композиции напоминают громадные фрески 19. Балетоманы постоянно упрекали хореографа за пристрастие к мимодра-ме. Горский первым обратился к свободным композициям на симфоническую музыку. Стремясь обогатить хореографический язык, он не чурался ни вокала (детская опера-балет Вечно живые цветы ), ни даже гимнастики (переброска мячами, гимнастические игры с обручами). Наряду с масштабными постановками на сцене Большого театра, Горский создавал для концертных выступлений молодежи виртуозные юмористические интермедии. В этих работах маститый балетмейстер экспериментировал с юношеским озорством, смело привлекая все средства выразительности родственных искусств, вплоть до звучащего слова.

Если работа над хореографической миниатюрой была для Горского возможностью отдохнуть от рутинерства тогдашних премьеров Большого театра, то Голейзовский питал к этому виду творчества постоянное пристрастие. Молодой балетмейстер тяготел к острому сюжету, виртуозной танцевальное, эксцентричности формы. Смело ориентируясь на акробатику, Голейзовский переосмыслял традиционные балетные поддержки, настойчиво отрывая их от планшета сцены. Стилизованное спортивное движение значительно обогащало палитру экспериментатора, его включение в танцевальную ткань меняло, наряду с дуэтами, сам характер использования кордебалета. Возможными стали построения не только в стороны или в глубину, но и в высоту. Стремление овладеть всем объемом сцены увлекало Голейзовского. Он постоянно развивал в своих постановках движение по вертикали, привлекая для этого все возможные приемы, от акробатических поддержек до разновысоких станков включительно. Не менее увлеченно хореограф обогащал пластический рисунок танца. Изобретаемые им танцевальные позы постоянно сравнивали с труднейшими позициями таких цирковых жанров, как каучук или клишник. Но, наряду с поиском новой, внебытовой пластики, Голейзовский в конце 10-х — начале 20-х годов постоянно работал над созданием острохарактерных сюжетов и гротескно-бытовых образов.