Мало кто в конце 80-х начале 90-х отчётливо сознавал, что в мировой цивилизации случился поистине тектонический сдвиг, чтобы не сказать культурная  катастрофа. Тем не менее, она случилась. Произошла смена культурной парадигмы – изменились зрительские ожидания и предпочтения, сменилась система социальных, культурных и художественных ценностей. На смену эпохе модерна пришёл, а лучше сказать, ворвался  постмодернизм, с его небывалым интересом к досугу и развлечениям. В условиях динамично меняющегося мира, далеко не каждому было очевидно, что необходим качественно иной подход к созданию развлечений, в том числе и цирковых зрелищ. Среди немногих, кто за годы странствий по «городам и весям» понял смысл и суть грядущих перемен, был отец-основатель Солнечного цирка  Ги Лалиберте, окружённый командой одарённых единомышленников.

Новейшее время, или «New Age», как его иногда называют, отмечено возрастающим интересом  публики к зрелищам, базирующимся на принципиально иной эстетике. Современный художник не отражает и не заменяет, а сгущает реальность. Иначе сказать, заглядывает… вглубь себя, будучи готовым, продемонстрировать собственное  «подсознательное». Современный  художник, презрев стыд, публично обнажает свои  затаённые фантазии, мечты, страхи, действуя зачастую на грани интуиции. В этом суть нечаянного (а может, закономерного!) открытия, сделанного основателем цирка Солнца!

Его беспримерный  успех наглядно доказывает правоту старой мудрости: людям интересна не правда, а миф, сказка, фантазия. Неоспоримое достоинство цирка Солнца как раз в том, что ему удалось создать этот свой  новый миф.